Эму Диневан и вороны Ван

Эму Диневан и вороны Ван

Однажды эму Диневан путешествовал вместе с двумя воронами Ван. Дорога была долгой, а небо с самого утра становилось всё темнее. Над равниной собирались тяжёлые тучи, ветер качал траву, и вскоре упали первые крупные капли.

— Нужно найти сухое место, — сказала одна из ворон.

— А ещё лучше построить укрытие, — добавила другая.

Диневан согласился. Вместе они собрали большие куски коры, прислонили их друг к другу и сделали небольшой навес. Внутри было тесновато, зато сухо. Все трое сели ближе к середине и принялись ужинать тем, что взяли с собой.

Дождь быстро усилился. По коре застучало так громко, будто кто-то рассыпал по крыше целую горсть камешков.

Диневан сидел в самом сухом углу. Ему было тепло и уютно. И вдруг ему пришло в голову пошутить.

Он осторожно вытянул длинную ногу и толкнул нижний кусок коры. Тот немного отклонился, и внутрь потянуло холодным ветром.

— Ой! — воскликнула первая Ван. — Стена отходит!

— Нужно поправить, пока всё укрытие не развалилось, — сказала другая.

Вороны выбежали под дождь, поставили кору на место и вернулись мокрые, стряхивая капли с крыльев.

Диневан сделал очень серьёзный вид.

— Хорошо, что вы вовремя заметили, — сказал он.

Но едва вороны снова устроились, Диневан во второй раз незаметно толкнул кору.

— Опять! — удивилась одна Ван.

Они снова выбежали наружу. Дождь лился им на спины, ветер трепал перья, а Диневан сидел в сухом углу и едва сдерживал смех.

Когда это случилось в третий раз, вороны переглянулись.

— Странно, — тихо сказала одна.

— Очень странно, — ответила другая. — Ветер дует с другой стороны.

В следующий раз они не поспешили выходить. Вместо этого обе притворились, будто смотрят на крышу, а сами краем глаза следили за Диневаном.

И увидели, как он снова вытягивает ногу и подталкивает кору.

Вороны ничего не сказали. Они просто вышли наружу, будто бы чинить стену, а там быстро договорились о собственной шутке.

Возле входа лежал широкий плоский кусок коры, на котором осталось немного тёплой золы от маленького костра. Одна Ван взяла его с одного края, другая — с другого. Затем они набрали в углубление на коре дождевой воды и очень осторожно внесли всё под навес.

— Ну что, держится? — спросил Диневан, снова делая вид, будто ни при чём.

— Теперь точно будет держаться, — сказала первая Ван.

— А ещё мы принесли тебе кое-что интересное, — добавила другая.

Они поставили кору возле входа. Диневан наклонился посмотреть, что там.

И в этот самый миг вороны немного приподняли край.

Плеск!

Холодная дождевая вода выплеснулась прямо под ноги Диневану. Он так неожиданно подпрыгнул, что задел крылом край укрытия, а лёгкое облачко сажи от тёплой золы осело на его груди и клюве.

Диневан выбежал наружу и встал под дождём. Через минуту он был мокрым с головы до ног.

Вороны выглянули из укрытия.

— Ну как? — спросила одна. — Приятно всё время выходить под ливень?

Диневан молчал.

— Мы несколько раз мокли только потому, что тебе было весело, — сказала другая. — А когда шутка смешна только одному, это уже не очень добрая шутка.

Диневан посмотрел на них, потом на свои испачканные сажей перья и наконец засмеялся.

— Хорошо, — признал он. — Вы меня перехитрили. И, кажется, я заслужил этот душ.

Он вернулся под навес, но на этот раз сам встал возле стены, которую прежде расшатывал.

— Давайте я её как следует закреплю, — предложил он. — Чтобы никому больше не пришлось мокнуть из-за моих выдумок.

Вместе они поставили кору прочнее, подпёрли её ветками и проверили все щели. Вскоре в укрытии снова стало сухо и тепло.

Дождь шёл почти до утра. Диневан больше не трогал стену. А когда ветер усиливался, он сам первым проверял, всё ли держится.

С тех пор, говорят, если Диневану хотелось пошутить, он сначала думал: будет ли смешно всем?

Ведь добрая шутка сближает. А ту, после которой кто-то в одиночестве мокнет под дождём, лучше вовсе не придумывать.