Энн из Зелёных Крыш

Энн из Зелёных Крыш

Мэтью Катберт ехал к станции Брайт-Ривер за мальчиком-сиротой, которого они с сестрой Мариллой решили взять к себе на ферму. Им нужен был помощник, достаточно взрослый для несложной работы и достаточно юный, чтобы привыкнуть к новому дому.

Но на платформе не было ни одного мальчика. Там сидела худенькая девочка лет одиннадцати с рыжими косами, веснушками, стареньким чемоданом и такими живыми глазами, словно в них одновременно отражалось полмира.

— Вы, должно быть, мистер Мэтью Катберт из Зелёных Крыш? — спросила она. — Я так рада, что вы приехали! Я уже думала, что придется ночевать на дикой вишне. Это было бы чуть-чуть страшно, зато в лунном свете можно было бы представить, что живешь в мраморном дворце.

Мэтью был человеком молчаливым, но дорогой домой девочка, которую звали Энн Ширли, говорила за двоих. Она дала новые названия пруду, аллее и лесу, любовалась яблонями и то и дело повторяла, какое это счастье — чувствовать себя где-то своей.

Когда они приехали, Марилла сразу поняла, что произошла ошибка.

— Мы ждали мальчика.

Энн побледнела.

— Так вы меня не хотите?

Ее отчаяние было такое искреннее, что даже практичная Марилла почувствовала, как в сердце что-то дрогнуло. Сначала она собиралась вернуть девочку, но через несколько дней стало ясно: Энн уже успела заполнить тихий дом голосом, вопросами и странными названиями. Мэтью без объяснений встал на ее сторону. В конце концов Марилла сказала, что Энн останется.

Так Зелёные Крыши впервые стали настоящим домом для ребенка.

Энн очень хотела вести себя хорошо, но ее воображение часто бежало быстрее благоразумия. Когда соседка миссис Рэйчел Линд сказала, что рыжие волосы и веснушки не украшают девочку, Энн взорвалась негодованием и наговорила ей лишнего. Марилла заставила ее извиниться. Энн превратила извинения в такую торжественную речь, что миссис Линд едва сдержала улыбку.

Лучшей подругой Энн стала Диана Барри. Они поклялись дружить вечно, дали клятве очень серьезное название и проводили вместе каждую свободную минуту.

Однажды Марилла позволила пригласить Диану на чай. Энн хотела угостить ее малиновым напитком, но перепутала бутылки и налила смородиновое вино. Диане стало плохо, а ее мать решила, что Энн сделала это намеренно, и запретила девочкам видеться.

Для Энн это была подлинная трагедия. Но вскоре заболела младшая сестренка Дианы. Взрослые растерялись, а Энн вспомнила, как когда-то ухаживала за детьми в семье, где жила до приюта. Она быстро помогла девочке дождаться врача. После этого миссис Барри поняла, что Энн не легкомысленная проказница, а добрый и сообразительный ребенок, и позволила подругам снова встречаться.

В школе у Энн был особый соперник — Гилберт Блайт. В первый же день он дернул ее за косу и назвал Морковкой. Энн, для которой рыжие волосы были самой болезненной темой в мире, разозлилась и разбила об его голову грифельную доску.

Гилберт сразу извинился, но Энн решила не разговаривать с ним никогда. С тех пор они соревновались в учебе. Если Гилберт был первым по арифметике, Энн должна была обогнать его по литературе. Если Энн получала лучшую оценку, Гилберт в следующий раз работал еще усерднее. Их ссора, хоть они этого и не признавали, сделала обоих более сильными учениками.

Дома Мэтью тайком гордился Энн. Он почти никогда не спорил с Мариллой, но однажды твердо заявил, что Энн нужно хорошее платье с пышными рукавами, как у других девушек. Сам он купить его не сумел, потому что ужасно стеснялся разговаривать с продавцами, и попросил помощи у миссис Линд. Когда Энн увидела новое платье, она светилась от счастья не из-за самих рукавов, а потому, что Мэтью заметил ее маленькую мечту.

Годы проходили. Энн научилась меньше спешить с выводами, хотя не перестала придумывать. Она уже не была одинокой сиротой со старым чемоданом. У нее были Марилла, Мэтью, Диана, друзья, школа, яблоневый сад и собственная комната под крышей.

Учительница мисс Стейси заметила способности Энн и предложила ей готовиться к поступлению в Королевскую академию. Энн принялась за учебу со всей своей страстью. Гилберт тоже готовился, и их давнее соперничество стало уже не ссорой, а молчаливым вызовом друг другу.

Энн успешно поступила в академию, а затем получила стипендию, которая открывала ей путь к дальнейшему обучению в колледже. Казалось, впереди лежит широкая дорога.

Но тогда Зелёные Крыши постигли горе. Мэтью, ее тихий, добрый Мэтью, внезапно умер. Дом, где он всегда был рядом, стал необычно пуст.

Энн впервые поняла, что взросление — это не только новые возможности. Это еще и умение нести любовь дальше, когда того человека уже нет рядом.

Вскоре ухудшилось зрение Мариллы. Врач предупредил: если она будет напрягаться, может потерять его совсем. Марилла решила продать Зелёные Крыши, потому что сама не справится с хозяйством.

Энн долго не колебалась. Она отказалась от стипендии и решила остаться дома, работать учительницей и помогать Марилле.

— Я не отказываюсь от будущего, — сказала она. — Просто моя дорога повернула в другую сторону.

Сначала свободное место в школе Авонлеи должны были отдать Гилберту. Но, услышав о решении Энн, он добровольно уступил место и согласился преподавать в соседнем селе.

Когда Энн узнала об этом, она встретила его по дороге и сама остановилась.

— Благодарю тебя, Гилберт. Это очень добрый поступок.

— Так мы, наконец, можем быть друзьями? — спросил он.

Энн протянула руку.

Старая обида, тянувшаяся со времён сломанной доски и слова «Морковка», вдруг показалась ей совсем детской.

Вечером она вернулась в Зелёные Крыши. Впереди не было той жизни, которую она когда-то нарисовала себе в воображении. Но были Марилла, школа, друзья, книги, вечернее небо над Авонлеей и множество дорог, которых она еще не знала.

Когда-то Энн боялась, что никому не нужна. Теперь она знала другое: дом — это не место, куда тебя случайно привезли. Это место, которое ты полюбил настолько, что готов остаться, когда оно нуждается в тебе.

Пусть эта сказка оставит в сердце немного света ✨