Фартук сапожника

Фартук сапожника

Когда-то в маленьком чешском городке жил сапожник. Работал он от рассвета до темноты, но денег всё равно едва хватало. Башмаки люди носили до последней дырки, новые заказывали редко, а дома его ждали жена и дети.

Однажды вечером сапожник сидел над старым сапогом и сердито тянул нитку.

— Хоть бы какая-нибудь сила дала мне столько работы, чтобы дети не ложились спать голодными! — воскликнул он. — Да я за это что угодно пообещаю!

Не успел он договорить, как в дверь постучали.

На пороге стоял странный господин в тёмном плаще.

— Что угодно? — переспросил он.

Сапожник сразу понял, что перед ним не обычный путник, а сказочный чёрт, один из тех хитрых персонажей, о которых в старину любили рассказывать у печи.

— Мне не нужен дворец, — сказал сапожник. — Хочу только честной работы и достатка для семьи.

— Договорились, — ответил гость. — Я дам тебе заказы и удачу. А когда-нибудь приду за своей платой.

Сапожник, измученный заботами, согласился слишком быстро.

С тех пор дела действительно пошли лучше. Люди вдруг вспомнили, что хорошие сапоги служат дольше дешёвых. В мастерскую потянулись заказчики. Сапожник много работал, но теперь дома всегда был хлеб, у детей были тёплые башмаки, а жена перестала считать каждую крошку.

Но сапожник не стал скупым. Если приходил бедный путешественник с рваной обувью, он мог починить её за спасибо. Если соседке не хватало денег, говорил:

— Отдашь, когда сможешь. Ноги ждать не умеют.

Одним холодным вечером в его дверь постучали двое путешественников. По старой сказке, это были Христос и святой Пётр, которые ходили по миру в простой одежде и смотрели, как люди относятся к незнакомцам.

— Найдётся ли для нас место переночевать? — спросили они.

— Место найдётся, — ответил сапожник. — Не дворец, зато крыша не течёт.

Он посадил гостей возле огня, отдал им лучший ужин, а на ночь предложил собственную кровать. Сам с женой устроился на чердаке.

Утром путешественники поблагодарили.

— За твоё гостеприимство исполнятся три желания, — сказал один из них. — Подумай хорошенько.

Сапожник почесал затылок.

Можно было попросить золото. Или большой дом. Или славу на весь мир.

Но он вспомнил тёмного господина и решил, что лучше иметь не богатство, а хорошую защиту.

— Первое желание: кто сядет на мою сапожную скамью, пусть не сможет встать без моего разрешения.

Путешественники кивнули.

— Второе: кто заглянет в окно моей мастерской с недобрым намерением, пусть не сможет отойти, пока я не разрешу.

Снова кивок.

— И третье: кто полезет трясти грушу в моём саду без разрешения, пусть вынужден будет держаться за неё, пока я его не отпущу.

Святой Пётр, говорят, даже удивился:

— И это всё? Ни одного мешка золота?

— Золото можно потратить. А хорошая скамья в мастерской всегда пригодится, — ответил сапожник.

Прошло несколько лет.

Однажды тёмный гость вернулся.

— Ну что, сапожник? Я свою часть сделки выполнил. Теперь твоя очередь.

— Конечно, — спокойно сказал сапожник. — Только закончу ужин. А ты сядь на скамью, отдохни с дороги.

Чёрт устал и сел.

Сапожник поел, убрал тарелку, надел куртку.

— Пойдём.

Чёрт попробовал встать.

Не получилось.

Он дёрнулся влево. Потом вправо. Подпрыгнул вместе со скамьёй. Скамья подпрыгнула вместе с ним.

— Что за глупости?!

— Не знаю, — невинно сказал сапожник. — Моя скамья обычно очень воспитанная.

Чёрт боролся ещё немного, а затем сдался.

— Отпусти меня! Я дам тебе ещё семь лет покоя.

— Договорились.

Сапожник щёлкнул пальцами, и гость сразу смог подняться. Он выскочил за дверь так быстро, что едва не забыл свою шляпу.

Семь лет прошли незаметно.

Чёрт вернулся, но на этот раз в мастерскую не вошёл.

— Я знаю твою мебель! — крикнул он с улицы. — Выходи сам!

— Уже иду. Только последний стежок сделаю.

Чёрт нетерпеливо заглянул в окно.

И замер.

Он пытался отойти, но ноги словно приклеились к земле.

Сапожник медленно отложил иглу.

— Ты же сам не хотел заходить. Чего теперь в окно заглядываешь?

— Отпусти! Ещё семь лет не буду беспокоить!

— Слово сдержишь?

— Сдержу!

Сапожник позволил ему отойти.

Когда прошли ещё семь лет, чёрт решил быть осторожнее всех на свете. Не вошёл в дом. Не приблизился к окну. Встал в саду и позвал издалека:

— Сапожник! Теперь ты меня не перехитришь!

— Да я и не собираюсь, — ответил тот. — Подожди минутку. Если хочешь, сорви себе грушу в дорогу.

Чёрт посмотрел на дерево.

«Скамья — опасная. Окно — опасное. Но груша? Что может сделать груша?»

Он потянул ветку.

И уже не смог её отпустить.

— Сапожник!

— Что?

— Рука застряла!

— Другой отцепи.

Чёрт схватил ветку второй рукой. Теперь застряли обе.

Ветка начала качаться. Чёрт качался вместе с ней. Груши сыпались вокруг: бух, бух, бух.

Дети сапожника выглянули в дверь и рассмеялись.

— Папа, у нас дерево гостя качает!

Чёрт ворчал, фыркал и вертелся, но сапожник даже ремешка на него не поднял.

— Отпусти меня, — наконец попросил гость. — И я больше никогда не буду требовать исполнения той неразумной сделки.

Сапожник стал серьёзным.

— А ты признаешь, что обещание, данное человеком в отчаянии, не должно становиться ловушкой на всю жизнь?

Чёрт помолчал.

— Признаю.

— Тогда иди.

Ветка отпустила его. Чёрт исчез за калиткой и больше никогда не возвращался.

Сапожник прожил долгую жизнь. Он работал, вырастил детей, научил их ремеслу и никогда не забывал, как легко в трудную минуту пообещать лишнее.

Когда состарился, сказал сыновьям:

— Когда придёт время закончить мой земной путь, положите рядом мой кожаный фартук. Я в нём всю жизнь работал. Может, и потом пригодится.

Так и случилось.

По старой сказке, после завершения земной жизни сапожник добрался до Золотых ворот. Там его встретил святой Пётр.

— Подожди, — сказал он, просматривая большую книгу. — Здесь записана одна очень сомнительная сделка с тёмным гостем.

— Я её давно отменил.

— В книге отметки нет.

Ворота закрылись.

Сапожник почесал затылок и отправился к другим воротам, тем, где, по народным рассказам, собирались черти.

Едва они увидели его издалека, поднялся переполох.

— Это он! Тот, со скамьёй!

— И с окном!

— И с грушей!

— Запирайте ворота!

Перед носом сапожника захлопнулись ещё одни двери.

— Вот тебе и на, — сказал он. — Здесь не берут, там не берут. И куда теперь честному мастеру?

Он вернулся к Золотым воротам и постучал снова.

— Я же сказал… — начал святой Пётр.

Но сапожник уже придумал план. Он быстро просунул в щель свой кожаный фартук, расстелил его по другую сторону ворот и сел прямо на него.

— А теперь я сижу на собственной вещи, — заявил он. — Не могу же я оставить имущество без присмотра.

Пётр растерялся.

На шум собрались обитатели небесных ворот. Наконец пришёл и тот путешественник, которого сапожник когда-то приютил в своём доме.

Он посмотрел на фартук, на сапожника, на Петра и улыбнулся.

— Пусть сидит у ворот. Человек, который в бедности поделился последней кроватью с путниками, заслуживает хотя бы места для своего фартука.

Так сапожник и остался возле Золотых ворот.

Говорят, он и там не сидит без дела. Если у кого-то из небесных путешественников вдруг отклеится подошва или порвётся ремешок, где-то рядом сразу слышится знакомый звук:

тук-тук, шур-шур, стежок за стежком.

Потому что хороший мастер даже в сказке остаётся хорошим мастером.

А фартук лежит рядом, на всякий случай.