Замарашка

Замарашка

На самом берегу моря стоял большой старый дворец. В нём жил богатый лорд, который когда-то умел смеяться громко и искренне, но после смерти единственной дочери стал совсем другим человеком.

Он часами сидел возле окна, смотрел на волны и почти ни с кем не разговаривал.

У его дочери осталась маленькая девочка. Её звали Марианна.

Лорд любил свою дочь так сильно, что поначалу даже не мог смотреть на внучку без боли. Марианна напоминала ему об утрате. И вместо того, чтобы обнять ребёнка, он отдалился от неё ещё больше.

О девочке заботилась старая няня. Она доставала ей тёплую еду, латала платья и рассказывала перед сном сказки.

А другие слуги относились к Марианне равнодушно.

— Опять ты в этой старой юбке? — говорили они.

— Лучше бы тебе не крутиться под ногами.

Платья на ней и правда были поношенными, заплатка на заплатке. Поэтому слуги прозвали её Замарашкой.

Марианна сначала плакала из-за этого имени, а потом перестала.

— Если вам так хочется, пусть будет Замарашка, — сказала она однажды. — Но это не значит, что я хуже вас.

Лучшим её другом был юноша, который пас гусей на лугах неподалёку от дворца. Его звали Том.

Том умел играть на маленькой дудочке. Когда Марианна огорчалась, он садился на камень, подносил дудочку к губам, и над травой плыла лёгкая мелодия. Гуси вытягивали шеи, словно тоже слушали, а Марианна смеялась.

— Вот видишь, — говорил Том. — Даже гуси знают: плохой день не длится вечно.

Однажды в соседний город приехал король со своим сыном. В честь гостя объявили большой праздник с музыкой, танцами и открытыми воротами замка. Приглашение получил и старый лорд.

Услышав о празднике, он впервые за долгое время поднялся от окна.

— Приготовьте моего белого коня. И парадный плащ, — приказал он.

Няня набралась смелости и сказала:

— Возьмите Марианну с собой. Она почти не видела мира за этими стенами.

Лорд нахмурился.

— Не сегодня.

— Но почему?

Он не ответил.

Марианна услышала разговор и не стала ничего просить. Она вышла из дворца и пошла на луга к Тому.

— Все едут на праздник, — сказала она. — А я снова останусь здесь.

Том задумался.

— А кто сказал, что на праздник можно попасть только в карете?

— У меня нет праздничного наряда.

— У тебя есть ноги.

— И старые башмаки.

— Прекрасно. У меня тоже старые башмаки. Пойдём вместе.

Марианна засмеялась.

— С гусями?

— А куда же без них? Они обидятся.

Том заиграл весёлую мелодию, и они отправились по дороге в город. Впереди шлёпали гуси, позади шёл Том, а рядом с ним Марианна в своём простом залатанном платье.

По дороге их догнал молодой всадник в красивом синем плаще.

— Простите, — сказал он. — Правильно ли я еду к королевскому замку?

— Правильно, — ответил Том. — Мы тоже туда.

Всадник посмотрел на гусей.

— Даже они?

— Они в особенности, — серьёзно сказал Том.

Молодой человек рассмеялся и слез с коня.

— Тогда я пойду с вами. В такой компании интереснее.

Он оказался простым в разговоре. Не спрашивал, почему Марианна в старом платье, не смотрел свысока на Тома и даже помог вернуть одного гуся, который решил пойти совсем в другую сторону.

— Ты часто бываешь на таких праздниках? — спросил он Марианну.

— Никогда.

— И не боишься?

— Немного. Но я больше не хочу прятаться только потому, что кто-нибудь может посмеяться.

Молодой человек кивнул.

— Это очень смело.

— Нет, — сказала Марианна. — Просто я устала быть невидимой.

Когда они добрались до города, солнце уже садилось.

На площади горели фонари, музыканты играли возле фонтана, а из открытых дверей замка доносилась музыка.

— Пойдёмте внутрь, — сказал молодой человек.

Марианна остановилась.

— В таком виде?

— А почему нет?

— Там все будут в шелках и бархате.

— Тогда им будет полезно увидеть человека в обычном платье.

Том тихо заиграл на дудочке.

Марианна выпрямилась.

— Хорошо. Я войду.

Когда она с Томом и гусями переступила порог большого зала, разговоры стихли.

Кто-то удивлённо поднял брови. Кто-то захихикал.

Марианна почувствовала, как у неё запылали щёки.

Но тут молодой всадник, с которым они шли по дороге, вышел вперёд.

Теперь он был без дорожного плаща, в королевском наряде.

В зале все сразу умолкли.

— Это же принц! — прошептал кто-то.

Марианна широко открыла глаза.

Принц подошёл к ней.

— Я рад, что ты пришла.

— Ты мог сказать, кто ты.

— Мог. Но тогда ты, возможно, разговаривала бы со мной иначе.

Марианна подумала и улыбнулась.

— А ты со мной?

— Нет.

Принц повернулся к гостям.

— Друзья, сегодня мы пригласили всех танцевать. Поэтому танцевать будет каждый, кто хочет. Независимо от того, из какого он дома и в какой одежде пришёл.

В зале снова заиграла музыка.

Принц протянул Марианне руку.

— Потанцуешь со мной?

— Потанцую. Но сначала один танец с Томом. Он привёл меня сюда.

Том засмеялся и заиграл такую весёлую мелодию, что гуси закружились прямо посреди зала.

И тут случилось чудо.

Не такое, от которого люди становятся кем-то другим. Наоборот, такое, которое словно показывает всем то, чего они раньше не замечали.

Заплатки на платье Марианны засияли золотистыми нитями, старое полотно стало мягким и светлым, но сама девушка осталась той же Марианной.

— Это дудочка? — прошептала она Тому.

Том подмигнул.

— Может, дудочка. А может, просто пришло время всем увидеть то, что я давно знал.

Принц не сказал, что теперь Марианна стала красивее. Он сказал:

— Теперь они наконец смотрят.

На следующий день в город приехал старый лорд.

Он услышал разговоры о девушке из дворца возле моря и понял, кто это.

Долго стоял перед дверью комнаты Марианны, прежде чем постучать.

— Можно?

Она открыла.

Он посмотрел на неё и заплакал.

— Я думал, что если не буду смотреть на тебя, то буду меньше вспоминать твою маму. А вышло наоборот. Я просто потерял годы, когда мог быть твоим дедушкой.

Марианна молчала.

— Я не прошу забыть, — продолжил он. — Но прошу позволить мне исправить то, что ещё можно исправить.

Марианна ответила не сразу.

— Начнём с прогулки возле моря.

Старый лорд кивнул.

— Начнём.

А принц и Марианна ещё долго дружили, путешествовали и постепенно поняли, что хотят быть вместе не из-за титулов, дворцов или праздничных нарядов.

Ведь самое важное они увидели друг в друге ещё на дороге, когда рядом шли гуси, пыль лежала на башмаках, а никто не знал, кто кем родился.

И с тех пор в том королевстве любили повторять:

одежда может многое рассказать о пути человека, но никогда не расскажет, чего он стоит.