Литилл, Тритилл, птицы и крестьянский парень

Литилл, Тритилл, птицы и крестьянский парень

Когда-то в далёкой северной стране, где ветер за одну ночь укрывал камни серебристым инеем, жили король и королева. У них была единственная дочь, принцесса Энид.

Энид любила музыку. Каждый день она играла на маленькой арфе. Когда её пальцы касались струн, даже птицы в королевском саду умолкали, словно прислушиваясь.

Но однажды случилось нечто странное. Служанки всего на минуту вышли из комнаты. Вернувшись, увидели арфу на кресле, закрытые окна и двери. А Энид исчезла.

Её искали в садах, в городе, на берегах фьорда и на горных тропах. Король разослал всадников во все стороны. Но никто не нашёл ни следа.

Тогда король объявил:

– Того, кто найдёт Энид и приведёт её домой, я отблагодарю всем, чем только смогу.

Многие смельчаки отправились в путь. И многие вернулись ни с чем.

Недалеко от королевского замка, в простой крестьянской избе, жили три брата: Осмунд, Тостиг и младший, Гаральд.

Осмунд и Тостиг считали себя великими искателями приключений. Любили похвастаться, спорили, кто сильнее, а почти всю работу по дому оставляли Гаральду.

Гаральд был спокойным. Красиво рассказывать о будущих подвигах он не умел, зато всегда доводил начатое до конца.

Первым отправился в свет Осмунд.

Мать дала ему крепкие сапоги, отец добрый плащ. В сумку положили хлеб, сыр и сушёную рыбу.

Долго шёл Осмунд, пока не присел отдохнуть на холме. Едва развернул еду, как перед ним появился крошечный седой человечек в сером платье.

– Не поделишься кусочком хлеба? – попросил он. – Я сегодня ещё ничего не ел.

– Ступай своей дорогой, – буркнул Осмунд. – Мне самому нужны силы.

За следующим холмом встретился ещё более маленький человечек, на этот раз в зелёном. Он тоже попросил крошку, но Осмунд прогнал и его.

А на лесной поляне к парню слетелась стайка голодных птиц.

– Прочь! – закричал Осмунд и так сердито замахал руками, что птицы разлетелись между деревьями.

Вечером он набрёл на огромную пещеру. Внутри было тепло, стояли ясли, а в глубине мычали коровы.

Вскоре вернулась хозяйка, высоченная великанша.

– Можешь переночевать, – сказала она. – Но завтра выполнишь для меня одну работу.

Утром она приказала вычистить стойла и настелить свежую солому.

– До вечера не справишься, останешься в моей пещере надолго.

Осмунд взял вилы. Но едва воткнул их в старую подстилку, как они приклеились к полу. Тянул он, вертел, сердился, всё напрасно.

Вечером великанша увидела беспорядок, коснулась Осмунда пальцем, и тот мгновенно превратился в безмолвную каменную фигуру у стены.

Прошло время. Тостиг решил, что брат наверняка уже обрёл славу и сокровища, и отправился за ним.

С ним произошло почти то же самое. Он не поделился едой с маленькими путниками, прогнал птиц, а в пещере не смог сдвинуть заколдованные вилы.

Великанша коснулась и его. Рядом с первой каменной фигурой появилась вторая.

Наконец в дорогу собрался Гаральд.

Ему достались старые сапоги и несколько сухих корок.

– Ничего, – сказал он. – Были бы ноги готовы идти, а сердце не ленилось бы делать добро. Тогда и этого хватит.

На первом холме он присел передохнуть. Рядом неведомо откуда появился маленький седой человечек в сером.

– Не найдётся ли крошки для старого странника?

Гаральд посмотрел на сухие корки.

– Они твёрдые, но если разделить по-честному, есть будет приятнее. Садитесь.

Они разломили хлеб пополам и поели вместе.

Поднимаясь, старик сказал:

– Меня зовут Тритилл. Попадёшь когда-нибудь в беду, позови меня.

И исчез за холмом так быстро, словно растаял в тумане.

На втором холме Гаральд встретил маленького человечка в зелёном.

– Я Литилл, – сказал тот, когда они разделили ещё одну корку. – Запомни моё имя. Добро порой возвращается как раз тогда, когда его уже не ждёшь.

На поляне к Гаральду слетелась целая туча птиц. Воробьи, дрозды, синицы, маленькие чёрные пташки с белыми грудками прыгали вокруг и поглядывали на сумку.

Гаральд засмеялся.

– Вот так компания! Похоже, будем ужинать вместе.

Он раскрошил последний хлеб и рассыпал крошки по мху.

Когда всё было съедено, самая крупная птица опустилась ему на плечо и тихонько просвистела:

– Позови нас, когда понадобимся. Где бы ни летали, услышим.

Вечером Гаральд нашёл пещеру.

И сразу заметил возле стены две каменные фигуры.

– Осмунд! Тостиг! – воскликнул он.

Братья не пошевелились, но Гаральд узнал их.

Он уже хотел бежать, но подумал: «Если сейчас уйду, так и не узнаю, как их освободить».

Поэтому дождался великанши и попросился на ночлег.

Утром она дала ему то же задание: убрать стойла.

Гаральд трудился изо всех сил, но вилы тоже прилипли к полу.

Тогда он вспомнил:

– Тритилл, если слышишь меня, помоги!

В тот же миг маленький человечек в сером оказался рядом.

Он хлопнул в ладоши и произнёс:

– Вилы, выше! Лопата, живее! Пусть в стойлах скорее станет светлее!

Началось такое, что Гаральд только глаза вытаращил. Вилы сами поднимали солому, лопата переносила её, метла выметала мусор, а свежая подстилка ложилась ровным слоем.

К вечеру всё сияло чистотой.

Великанша вернулась, прищурилась и сказала:

– Сам ты этого не сделал. Но работа выполнена.

На следующее утро она вынесла огромную перину и две подушки.

– Вытряхни перья, проветри на солнце и собери обратно всё до последнего пёрышка.

Гаральд осторожно разложил перья на траве. Небо было ясным, воздух неподвижным.

Вдруг из-за скал налетел ветер.

Фу-у-ух!

Белые перья взметнулись в небо и разлетелись во все стороны.

– Литилл! Тритилл! Птицы! Помогите! – закричал Гаральд.

Со всех сторон раздалось щебетание.

Птицы прилетали по одной, парами, целыми стайками. Одна несла пёрышко в клюве, другая подхватывала его с куста, третья доставала из ручья.

Литилл и Тритилл тем временем держали наволочки и считали:

– Раз, два, три… Ни одного не потеряем!

К вечеру подушки снова стали пышными, а перина мягкой.

Великанша всё проверила и проворчала:

– Опять не сам. Но спорить не стану.

На третий день она придумала самое хитрое задание.

– У меня пятьдесят волов. Завтра одному предстоит дальняя дорога, но какому, я не скажу. Найди нужного, вычеши его, напои и приготовь упряжь. Потом возьми старую шкуру в кладовой и почини кожаную дорожную сумку, а из рогов, которые там сложены, сделай две ложки. Выберешь не того вола, работа не считается.

Гаральд обошёл всех пятьдесят.

Один чёрный, другой рыжий, третий пятнистый. Все смотрят спокойно. Никакой подсказки.

– Литилл, Тритилл, кажется, без вас мне не обойтись.

Друзья пришли и на этот раз.

Литилл сразу подвёл его к большому серому волу.

– Вот этот.

– Как ты узнал?

– Посмотри на копыта. Три чистые, а на четвёртом свежая дорожная глина. Великанша уже выводила его на тропу, когда решила тебя испытать.

Гаральд засмеялся.

– Так это не волшебство, а внимательность!

– Самое хорошее волшебство часто так и называется, – ответил Тритилл.

Втроём они закончили всю работу до заката.

Перед уходом маленькие друзья дали совет:

– Великанша обещала награду. Попроси три вещи: то, что спрятано над её кроватью; то, что лежит в сундуке рядом с кроватью; и то, что находится за стеной позади неё.

Вечером великанша осмотрела вола, сумку и ложки.

– Ты справился со всеми тремя испытаниями. Проси награду.

Гаральд повторил слова друзей.

Великанша тяжело вздохнула.

Сначала поднялась по каменным ступеням над кроватью и открыла неприметную дверцу.

За ней сидела девушка с арфой на коленях.

– Энид! – догадался Гаральд.

Принцесса встала.

– Я знала, что кто-нибудь меня найдёт. Великанша держала меня здесь, потому что хотела каждый вечер слушать мою игру.

Потом хозяйка открыла сундук возле кровати. Внутри лежали золотые монеты, жемчуг и драгоценные камни.

Наконец отодвинула кровать и нажала на камень в стене.

Стена разошлась.

За ней сияло синее море, а у берега стоял прекрасный корабль с поднятыми парусами.

– Он сам найдёт дорогу, которую назовёт его хозяин, – сказала великанша.

В тот же миг по пещере прошёл лёгкий звон, словно кто-то ударил ложечкой по хрусталю.

Каменные фигуры у стены дрогнули.

Сначала пошевелился Осмунд. Затем Тостиг.

– Что случилось? – удивились братья.

– Ваше заклятие должно было держаться, пока кто-нибудь не выполнит все задания без жестокости и обмана, – сказала великанша. – Ваш брат это сделал.

Осмунд и Тостиг опустили глаза. Теперь они понимали, почему Гаральду помогли те, кого они сами прогоняли.

Все четверо, Гаральд, Энид и двое старших братьев, поднялись на волшебный корабль.

– Домой, – сказал Гаральд.

Паруса наполнились ветром, хотя море было почти спокойным.

Корабль плавно отошёл от берега.

Когда они прибыли в родное королевство, в порту зазвонили все колокола. Король и королева бежали навстречу дочери, забыв о коронах, свите и придворных правилах.

Энид обняла их и долго не могла вымолвить ни слова.

Потом был большой пир. Король предлагал Гаральду золото, земли и любую должность.

Но Гаральд ответил:

– Часть сокровищ я отдам родителям, чтобы они больше не нуждались. Часть тем, кому нужна помощь. А сам хотел бы научиться управлять делами королевства, если разрешите. Дорога показала мне, как много я ещё не знаю.

Король согласился.

Осмунд и Тостиг тоже переменились. С тех пор, прежде чем отказать голодному или прогнать птицу со двора, вспоминали два холма и лесную поляну.

А Литилл и Тритилл больше не появлялись.

По крайней мере, так думал Гаральд.

Но иногда, когда он гулял по саду с Энид, снова игравшей на арфе, в кустах слышалось тихое хихиканье. А над головой вдруг собиралась знакомая стайка птиц.

Гаральд улыбался и сыпал им крошки.

Он хорошо знал: помощь не всегда приходит от самого сильного.

Иногда она прилетает на маленьких крыльях.

Иногда носит зелёную курточку.

А иногда начинается с половинки сухой корки, которой ты не пожалел поделиться.

Пусть эта сказка оставит в сердце немного света ✨