Токкэби и его проделки

Токкэби и его проделки

В старом корейском доме, где тёплый воздух от кухонного огня проходил под полом и согревал комнаты, жил маленький токкэби.

Никто не знал, когда он там поселился. Возможно, сто лет назад. А может, вчера вечером.

Днём токкэби почти не показывался. Он любил тёмные уголки, тёплые дымоходы, чердак и места, где можно было спрятаться от яркого солнца.

Зато ночью начиналось самое интересное.

Как только все в доме засыпали, где-то под полом слышалось:

тук-тук… шурх-шурх… динь!

Однажды кухарка Со-юн оставила на плите большую кастрюлю с крышкой.

Утром приходит — крышка лежит на самом дне пустой кастрюли.

— Как она туда попала? — удивляется Со-юн.

А из дымохода еле слышно:

— Хи-хи-хи…

В другой вечер хозяин долго искал свою деревянную подушку.

— Я ведь положил её возле матраса!

Нашлась она на шкафу.

Ещё через день пропала палка, которой гладили и выравнивали выстиранную ткань.

Весь дом искал её почти до обеда.

А она лежала под корзиной, где спал кот.

Кот смотрел на всех так важно, словно ничего не знал.

Токкэби обожал такие шутки.

Но он не был злым.

Как-то Со-юн целый день работала: мыла посуду, носила воду, убирала кухню и готовила ужин. Вечером она села лишь на минутку передохнуть — и уснула.

На столе осталась целая гора мисок.

Токкэби выглянул из своего тёмного уголка.

— Сегодня она совсем устала, — пробормотал он.

Он покрутился возле мисок.

— Шутить над человеком, который едва держится на ногах, совсем не весело.

И взялся за работу.

Миски — вымыл.

Стол — вытер.

Черпак — повесил на место.

Даже рисинки с пола подобрал.

Правда, не удержался и поставил одну маленькую чашку вверх дном прямо посреди стола.

«Иначе никто не догадается, что это был я», — решил он.

Утром Со-юн проснулась и ахнула.

— Кто всё убрал?

Из дымохода послышалось:

— Кхм.

Со-юн улыбнулась.

— Спасибо, кто бы ты ни был.

Токкэби так обрадовался, что чуть не упал с балки.

С тех пор он внимательно присматривался к людям в доме.

Если кто-нибудь был добрым, помогал старшим, кормил птиц зимой или делился последним рисовым пирожком, токкэби мог тихонько сделать что-нибудь полезное.

Вернёшься домой — а потерянная пуговица лежит на самом видном месте.

Ищешь веник — он уже возле двери.

Забыл закрыть ставню перед дождём — а она вдруг закрыта.

Но если кто-нибудь целый день ворчал, прятал лакомства от других или оставлял беспорядок со словами «пусть кто-нибудь другой уберёт», токкэби тоже не оставался без дела.

Тогда тапочки могли оказаться в разных комнатах.

Расчёска — в корзине с луком.

А ложка, которую все искали, торчала прямо из кармана того, кто больше всех сердился.

Однажды вечером мальчик Мин-су решил поймать токкэби.

Он слышал, что это странное существо любит ночные шутки, и поставил возле кухни мисочку со сладкими рисовыми лепёшками.

Рядом оставил записку:

«Для токкэби. Бери одну. Только не прячь мои тапочки».

Утром лепёшка исчезла.

А под запиской лежал маленький камешек, блестевший от росы.

Мин-су засмеялся.

— Договорились.

С тех пор они вели странную дружбу.

Мин-су иногда оставлял токкэби угощение, а токкэби иногда помогал ему найти потерянные вещи.

Правда, не всегда сразу.

Ведь какой смысл быть токкэби, если совсем перестать шутить?

Однажды ночью Мин-су проснулся от тихого звона.

Он встал, вышел на кухню и увидел, что крышка кастрюли сама подпрыгивает в лунном свете.

Динь!

Пауза.

Динь!

— Я тебя вижу, — прошептал мальчик.

Крышка замерла.

Из-за печи выглянули два блестящих глаза.

— Не видишь, — ответил тоненький голос.

— Вижу.

— Тогда закрой глаза.

Мин-су послушно закрыл.

Тук-тук, шурх-шурх — и всё стихло.

Когда мальчик открыл глаза, на столе лежала его потерянная деревянная свистулька.

Рядом стояла та самая мисочка.

Теперь в ней было две рисовые лепёшки.

Мин-су взял одну себе, а вторую оставил.

— По одной каждому, — сказал он.

Из тёмного уголка донеслось довольное:

— Вот это уже хорошие манеры.

Говорят, токкэби до сих пор любят тёплые дома, ночные шумы и невинные проделки.

И если вечером вы точно положили какую-нибудь вещь на место, а утром она лежит совсем не там…

Сначала спросите домашних.

А если никто не признается — можно тихонько сказать:

— Токкэби, шутка засчитана. А теперь, пожалуйста, верни всё обратно.